Даниэль просыпался в своей огромой квартире в берлинском районе Пренцлауэр-Берг и каждый раз удивлялся, как ему повезло. Высокие потолки, огромные окна, вид на тихий двор с каштанами, жена Элла готовит завтрак на кухне, дети уже уехали с няней в международную школу. Карьера шла в гору, агенты звонили с предложениями из Голливуда, а он сам, в свои тридцать восемь, выглядел так, будто только вчера закончил театральный.
В тот летний день всё было как обычно. Он поцеловал Эллу, погладил по голове младшего сына, который всё ещё дремал в своей комнате, и вышел из дома в белой футболке и лёгких брюках. На улице пахло свежескошенной травой и кофе из соседней булочной. Даниэль решил зайти в маленький бар на углу, тот самый, куда раньше ходил, когда ещё снимал комнату в этом районе и мечтал о больших ролях.
Он толкнул дверь и замер. За стойкой стоял Бруно. Тот самый Бруно, с которым они когда-то делили крохотную квартирку, репетировали сцены до утра и клялись друг другу, что пробьются вместе. Бруно, который потом исчез, не оставив ни номера, ни адреса. Он сильно изменился: волосы поседели, лицо осунулось, но глаза остались те же, острые и немного грустные.
Они обнялись, как будто не прошло пятнадцати лет. Бруно работал барменом в этом же заведении, жил в маленькой комнате над баром и, похоже, никуда особенно не стремился. Говорили обо всём подряд: о старых друзьях, о театре, о том, как жизнь странно складывается. Даниэль рассказал про пробы на роль супергероя, про большой бюджет, про то, что это может стать его главный билет в Америку.
Бруно только улыбнулся и налил ему ещё один кофе. Потом тихо сказал: я рад за тебя, правда. Но в голосе чувствовалась какая-то тоска. Даниэль вдруг понял, что ему неловко сидеть здесь в дорогих кроссовках напротив человека, который когда-то был ему ближе брата. Он быстро допил кофе, пообещал зайти ещё и выбежал на улицу.
Весь день на пробах он не мог сосредоточиться. В голове крутилась одна мысль: как так получилось, что один из нас взлетел, а другой остался там же, где и был. Вечером Даниэль снова оказался у бара. Потом ещё раз. И ещё. Бруно не спрашивал ничего лишнего, просто слушал, подливал вино, рассказывал смешные истории из своей нынешней жизни.
Постепенно встречи стали ежедневными. Даниэль начал опаздывать на съёмки, отменять интервью, врать жене, что задерживается на студии. Он чувствовал себя живым только рядом с Бруно, в этом старом баре с потёртой стойкой и запахом пива. Там не нужно было притворяться, держать лицо, быть идеальным мужем и отцом.
Элла сначала не понимала, что происходит. Потом начала замечать, что муж приходит поздно, пахнет сигаретами, хотя бросил курить много лет назад, и смотрит куда-то мимо неё. Дети спрашивали, почему папа больше не читает им на ночь. А Даниэль всё глубже погружался в тот мир, который когда-то оставил позади и который теперь казался ему настоящим.
Однажды ночью он не пришёл домой совсем. Утром Элла нашла записку: Прости, мне нужно разобраться в себе. Она долго стояла у окна, глядя на тот же двор с каштанами, и понимала, что жизнь, которую они так тщательно строили, дала трещину, и уже ничего не будет как раньше.
А Даниэль сидел в баре до закрытия, потом поднялся в маленькую комнату над ним и впервые за много лет заснул без снотворного, слушая, как Бруно тихо напевает старую песню, которую они когда-то репетировали вместе.
Читать далее...
Всего отзывов
9